К слову, его собственная коллекция тоже значительно пополнилась. Обещанное блюдо оказалось лишь малой толикой того разнообразия изображений овец, что имелось в доме. Откуда-то возникали все новые и новые, видимо, каждый из домочадцев считал своим долгом порадовать гостя. Дары скапливались в отведенных ему покоях, откладывались до лучших времен – до возвращения то бишь.
Так прошло несколько дней.
В то время как Кальпурций пребывал все больше в родительских покоях (мать и отец не могли налюбоваться на вновь обретенного сына), гостя в странствиях по дому неизменно сопровождала сестра Кальпурция – весьма милая девушка по имени Илена, как нельзя лучше соответствующая предпочтениям Йоргена, поскольку ни умом, ни красотой боги ее не обошли. Кроме того, присущ ей был добрый и веселый, чуть легкомысленный нрав, и прошло совсем немного времени, как она стала чувствовать себя в обществе ланцтрегера едва ли не более непринужденно, чем в присутствии излишне (по ее мнению) серьезного старшего брата. В общем, они, как говорится, нашли друг друга.
Через некоторое время Кальпурций отвел гостя в сторонку и сообщил замогильным голосом: «Мне не нравится, как ты смотришь на мою сестру».
Блюсти честь сестры – священный долг всякого хорошего брата. Другой вопрос – как к этому подойти. Там, откуда был родом Йорген, брат вступался за сестру лишь в том случае, если она сама этого хотела. Если же нет – так и нечего лезть не в свое дело, недолго и по шее получить, а рука у северянок ох тяжела! По традиции, сохранившейся с тех времен, когда народ, населяющий северные земли, жил исключительно военными набегами, каждая девочка постигала ратное искусство в том же объеме, что и ее сверстники-мальчишки. Ее учили сражаться на мечах, метать копье, стрелять из лука, работать на веслах и ставить парус. А уж как с этой наукой быть дальше – забросить и осесть дома, при муже и детях, или продолжать совершенствовать ее в качестве полноценного и равноправного воина, – это было уже ее личное дело. Вот почему в составе войска ландлагенара Норвальда против полчищ Тьмы сражались наравне с юнцами девчонки-подростки, дочери мелких окрестных трегеров и арендаторов… Сражались наравне и погибали тоже. Так уж было заведено на севере Эренмаркского королевства, и в Фельзендале, и в Гоаре, и у нифлунгов, и у светлых альвов…
Но чуть дальше к югу, чуть ближе к столице – и порядки совсем другие! Тамошним девушкам подобает быть робкими и беззащитными, своей воли не иметь и во всем полагаться на мужчин. Мужчины же должны воспринимать их едва ли не как земное воплощение Дев Небесных, видеть смысл бытия в служении им, опекать и защищать неусыпно от опасностей реальных и мнимых, по желанию подопечной и против него.
Йорген рассудил так: Силония ведь расположена еще южнее, должно быть, нравы в ней еще строже – и обижаться на замечание друга не стал. Спросил только, не без скрытой иронии:
– Что же тебе не по нраву в моем взгляде, друг мой?
Кальпурций нахмурился, собираясь с духом. Нанести оскорбление гостю – это большой грех, но честь сестры дороже. Поэтому он все же решился и выпалил:
– Ты смотришь на нее как на женщину!
Глаза Йоргена стали большими и невинными.
– Ну разумеется, а как же иначе?! Знаешь, если бы у меня была сестра и кто-то вдруг стал смотреть на нее как на мужчину, лично я был бы не только удивлен, но и сильно раздосадован!
Тут Кальпурцию стало смешно, и, чтобы не подать виду, он еще суровее свел брови. Но заговорил очень душевно:
– Ах, Йорген, ведь ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь! Я очень ценю тебя как друга, поверь, и если бы ты, к примеру, стал искать руки моей сестры, я бы первый…
– Ну вот, – расстроенно перебил ланцтрегер, – так я и знал! Вам бы только меня женить! Отец замучил, и ты туда же!
– А что? – Случайно оброненная идея показалась молодому Тииллу весьма привлекательной, он был вовсе не прочь заполучить в родственники Йоргена. Должно быть, то была братская ревность, но все предыдущие кавалеры Илены ему категорически не нравились. – Это было бы совсем не дурно! И твой почтенный отец, я уверен, одобрил бы ваш брак.
– Конечно, одобрил бы, – согласился Йорген. – Он бы просто в восторге был! Но тебе я отвечу то же, что ему: не готов я пока к шагу столь ответственному. Твоя сестра очаровательна, и я готов поклясться здесь и сейчас: если однажды я соберусь вступить в брак, то только с ней и ни с кем больше. Но не теперь, когда столь велика опасность оставить бедную девушку вдовой.
Кальпурций со вздохом кивнул:
– Да, друг мой, слова твои не лишены смысла, мы живем в трудные времена. Отложим это решение до победы над Тьмой. Но до тех пор, чтобы мое братское сердце было спокойно при взгляде на вас… не согласишься ли ты наречь Илену своей невестой? Хотя бы условно?
– Ну разумеется! С большой радостью и признательностью, – легко согласился Йорген, потому что невеста – это еще далеко не жена.
Зачем ты послан был и кто тебя послал?
Чего, добра иль зла, ты верный был свершитель?А. С. Пушкин
На пятый день их пребывания в Аквинаре Кальпурций стал рваться в библиотеку и на уговоры матери «обождать еще один день» больше не поддавался, ссылаясь на страдания человеческие, на гибель невинных и слабых и свой пред ними долг. Но это была неправда. На самом деле вовсе не чувство долга, не обет, данный много месяцев назад, гнал его в путь.